Кто был автором «СЛОВА ДАНИИЛА ЗАТОЧНИКА»

                                                     Алексей Макаревич

                         КТО БЫЛ АВТОРОМ «СЛОВА ДАНИИЛА ЗАТОЧНИКА»       

         Среди памятников древнерусской литературы домонгольского периода есть два произведения авторы которых неизвестны: «Слово о полке Игореве» (СПИ) и «Слово Даниила Заточника» (СДЗ). Проанализировав контекст СДЗ, попробуем определить социальный статус автора, сторонником какой княжеской коалиции он являлся, в каких исторических событиях конца XII века участвовал. Этот промежуток времени выбран потому, что адресат Даниила Заточника Ярослав Владимирович был новгородским князем в 1187-1196 гг. и в 1197-1199 гг. В 1182-1184 гг. он был только представителем князя Всеволода Большое Гнездо, которого пригласили на княжение новгородцы, а тот «въда имъ своякъ свои» 1.

         Прежде всего, обращает на себя внимание компиляция текста СДЗ на основании Псалтыри, Изборника 1076 года, а также редких церковных книг XII века.

«Слово Даниила Заточника» (Кирилло-Белозерский список) 2

ПСАЛТЫРЬ (церковно-славянский) 3

1) Въстани, слава моя, въстани въ псалтыри и в гуслех! Востану рано, исповемъ ти ся…  

 2) Да разверзу въ притчах гаданиа моя…

 3) И провещаю въ языцех славу мою.

4) Бысть языкъ мой— трость книжника – скорописца…

 5) и разбих зле, аки древняя — младенца о камень…

 6) аки нощный вранъ на нырищи..

 7) Возверзи на Господа печаль свою, и той тя препитаеть въ веки

8) Надеяся на Господа яко гора Сионъ: не подвижится въ веки…

9) Сладка суть словеса твоя, паче меда устомъ моимъ…

10) И съвокупих, аки в мех воды морскиа

1)Востани слава моя, востани псалтирю и гусли, востану рано. Исповемся Тебе в людех, Господи. (Пс.56:9-10;107:3-4)

 2) Отверзу в притчах уста моя, провещаю ганания исперва. (Пс.77:2)

 3) Возвестите во языцех славу Его, во всех людех чудеса Его.(Пс. 95:3)

 4) язык мой трость книжника скорописца (Пс. 77:2)

 5) и разбиет младенцы твоя о камень (Пс.136:9)

 6) бых яко нощный вран на нырищи (Пс.101:7) 

  7) Возверзи на Господа печаль твою, и той тя препитает, не даст в век молвы  праведнику (Пс.54:23)

 8) Надеющиися на Господа, яко гора Сион: не подвижится в век (Пс.124:1)

 9)  Сладка гортани моему словеса Твоя, паче меда устом моим (Пс.118:103)

 10) Собираяй яко мех воды морския (Пс.32:7)

«Слово Даниила Заточника» (Кирилло-Белозерский список)

Изборник 1076 года 4

1) Но постави сосуд скуделничь под потокъ капля языка моего, да накаплетъ ти слажше меду словеса устъ моих…

2) Да не будет, княже мой, господине, рука твоя согбена на подание убогих…

3) Или пиеши сладкое питие — А мене помяни, теплу воду пиюща от места незаветрена…

4) Добра жена — венець мужу своему и безпечалие…

1) Простьри сьрдчьныи съсудъ, да накаплють ти словеса слажьше меду, могуштая оживити и бесъмьртьна явити тя. (с.5-5об) 

2) Руце съгъбене имеи на събьрание зълааго имения света сего, простьрте же на приятие убогыихъ (с.9)

 3) Насыштяяся многосластьнааго пития, помяни пиюштааго теплу воду, отъ слъньца въстопевъшу, и ту же пороха нападъшу отъ места незаветръна (с.41)

 4) Жена добля веселить мужя своего, и лета его испълнить миръмь (с.181)

           Библеизмы присутствуют в СДЗ также из книг Бытия, Второзакония, Первой книги Царств, Притчей Соломона, книги Екклесиаста, книги Премудрости Иисуса, сына Сирахова, книги пророка Даниила; Апостола, толкований святителей Василия Великого, Иоанна Златоуста, Афанасия Александрийского, из книг «Пчела», «Физиолог», «Поучение Акира Премудрого», древнерусских летописей 5. Вызывает большое сомнение, чтобы светский человек был так хорошо знаком со столь редкой в XII веке церковной литературой и мог дословно её цитировать, если только автор СДЗ сам не был клириком и книжником.

Это предположение подтверждают несколько аргументов:

           §1.  В СДЗ: «Кому Лаче озеро, а мне, на нем седя, плачь горкий». В Симеоновской и Троицкой летописях за 1378 год есть рассказ о «неком попе», пришедшим от Орды с мешком «злых зелий»:

               «Того же лета, егда бысть побоище на Вожи съ Бегычемъ изнимаша на тои воине некоего попа отъ орды пришедша Иванова Васильевичя, и обретоша у          него  злыхъ зелеи лютыхъ мешокъ,  и извъпрошавше его, и много истязаша, послаша его на заточение на Лаче озеро, идеже бе Данило Заточеникъ…» (Симеоновская летопись 1378)

          Поймали «некоего попа» на «побоище на Вожи съ Бегычемъ». Командовал русскими войсками в битве на реке Воже (Рязанское княжество) московский князь Дмитрий Донской. Если бы судьбу пленного попа решал князь, то заточник попал бы в Московское или Рязанское княжество. Однако попа отправили на Лаче озеро (Новгородское княжество), где ранее был Даниил Заточник.

                Согласно Церковного Устава князя Владимира: «не подобает ни князю, ни боярам, ни судиям, ни детям его, ни всему роду судити судов церковных и вступатися в церковныя люди», «дал те суды митрополиту и епископу по всей земле Русской, где ни суть христиане» 6.

                 Ссылка на Лаче озеро попа могла быть решением только церковного, а не княжеского суда. Мерами наказания по решению такого суда могли быть только:

 — епитимия,

 — телесные наказания

 — арест при церковном доме 7.

             Собственно, это мы и видим в отношении ссыльного попа, которого «много истязаша, послаша его на заточение». Попа Иванова Васильевичя послали на заточение в тот же «церковный дом», где раньше был Даниил Заточник, получается, попавшего туда также по решению церковного суда. О том, что это был именно «церковный дом», можно судить по дословному цитированию редких книг, что по памяти сделать невозможно, если не иметь под рукой эти книги, либо выписки из них.

            Примечательно, что на правом берегу реки Кинема, что «болотом течет» к озеру Лача, в 4-х километрах от ее устья есть местечко Попово, известное по археологическим раскопкам памятников белозерской веси X-XII вв 8 .

            §2. В СДЗ: «кому Боголюбиво, а мне горе лютое» — речь идет о неком распределении, в результате которого кому-то досталось Боголюбово. Но этот пункт не город, не удел, чтобы говорить о его наследовании или завоевании. Боголюбово – княжеская резиденция владимиро-суздальских князей.

          «Краткий Владимирский летописец» говорит: «И потом приде от Киева Андрей Юрьевич и сътвори Боголюбивый град и спом осыпа, и постави две церкви        камены». То, что в этом сообщении речь идет про церкви Рождества Богородицы в Боголюбове и Покрова на Нерли, подтверждается тем, что            Новгородская I  летопись сообщает: «И постави ей (Богородице – С.З.) храм на реце Клязме, две церкви каменны во имя святыя Богородица». Следовательно, оба летописных текста четко связывают основание города Боголюбова и строительство церквей Рождества Богородицы и Покрова. А Новгородская IV летопись дает однозначную дату основания Боголюбова – 1158 год…» 9.

                Версию о том, что Даниил мог оказаться потомком основателя резиденции князя Андрея Боголюбского можно сразу откинуть. Даниил обращается к князю не Владимиро-Суздальского княжества, а Новгородского, и обращается к князю не «брате», а «мой господине», «княже мой». Князья на Руси обращались друг к другу «брате» или «отче господине», «господине отче», когда обращались к названному отцу, тестю или покровителю 10.  Единственно логичным вариантом в распределении «кому Боголюбово» может быть не завоевание или наследование территории, а получение места настоятеля одной из церквей Боголюбова. Даниил сетует, что это место кто-то получил, но не он сам.

           §3. В СДЗ: «Богат возглаголеть — вси молчат и вознесут слово его до облакъ, а убогий возглаголеть — вси на нь кликнуть. Их же ризы светлы, тех речь честна»  В первой части отрывка библеизм из книги Премудрости Иисуса, сына Сирахова (13:28-29):

          «Заговорил богатый, — и все замолчали и превознесли речь его до облаков, заговорил бедный, и говорят: «это кто такой?»

но в этом отрывке нет упоминаний об одеждах, так о каких «светлых ризах» идёт речь? «Светлая риза» (фелонь) символизирует одежду спасения (Ис. 61:10).

         «Фелони в древней церкви были белого цвета. Блаженный Симеон, архиепископ Солунский, дает самое полное и глубокое объяснение символического значения фелоня: «Белизна этой одежды означает чистоту, святыню и сияние славы Божией, ибо Бог есть свет и одеяйся светом, яко ризою». В древности фелонь был богослужебным одеянием священников и всех епископов, вплоть до патриархов. До XIXII вв. святители не имели никаких других одеяний…»  11.

          Получается, если ранее Даниил имел «светлые ризы», т.е. был священником, епископом или митрополитом, совершал богослужение и его голос был слышен, то сейчас его ризы иные, очевидно, чёрные и фелонью он не пользуется, т.е. не имеет приход и не проводит службу в церкви.

              §4. Из Чудовского списка Послания (Моления) Даниила Заточника12:

           «Аще бо не мудръ есми, поне мало мудрости сретох во вратех, а умных муж сапогъ поносил есмь и в смысленых ризу облачихся».

          Тот же вывод, ведь сапоги и фелонь – это часть облачения священнослужителей:

           «Обувью, более всего приличной для священнослужителей всех степеней и монахов, испокон веков в Русской Церкви считались и считаются сапоги…» 13.

                      Надо отметить, что «Послание (Моление) Даниила Заточника» (далее ПДЗ) XIII века представляет собой «литературную пародию» СДЗ XII -го:

             «Если в протографе «Слова» можно предполагать реальное послание, внесенное позднее в литературные сборники, то текст «Моления» явно  литературный. Это антитекст, литературная пародия на «Слово Даниила Заточника» …  автор «Моления», основываясь на тексте «Слова», в то же время спорит с ним, пародирует его, высмеивает Даниила; его послание. Таким образом, «Моление» является вторичным по отношению к «Слову» памятником. Это ответ на «Слово», анти-«Слово», пародия на него…» 14.

Псевдо-Даниил – автор переделки XIII в. — намеренно искажает исходный текст, желая максимально уязвить его автора, личность которого ему, безусловно, известна и это даст дополнительные сведения об историческом лице, скрывающимся под именем Даниила.

               §5.  В ПДЗ: «LXXIV.Мнози бо, отшедше мира сего во иноческая, и паки возвращаются на мирское житие, аки песъ на своя блевотины, и на мирское гонениеангелскии имея на себе образъ, а бляднои нрав; святителскии имея на себе санъ, а обычаемъ похабен…» — так Псевдо-Даниил пишет якобы от имени Даниила, что тот, имея «ангельский образ», т.е. будучи схимником, обладает распутным нравом, а имея «святительский сан», т.е. сан епископа или митрополита, не соответствует ему своим образом жизни. И далее:

           В ПДЗ: «LXXV… а иныи летаетъ с церкви, или с высокие полаты, паволочиты крилы имея..»

           Итак, всё сходится к тому, что Даниил Заточник ранее имел:

   1) «ангельский образ» — был схимником, но вернулся «на мирское житие»;

   2) «святительский сан» — был либо епископом, либо митрополитом;

   3) «летаетъ с церкви паволочиты крилы имея» — снятие с сана было связано с паволоками.

               Кандидат, отвечающий всем этим требованиям, среди исторических лиц середины XII века только один:

           «В то же лѣто постави Изяславъ [Мстиславич] митрополитомъ Клима Смолятича выведъ изъ Заруба, бѣ бо черноризечь скимникъ, и бысть книжникъ и философь такъ, якоже в Рускои земли не бяшеть…» (Ипат. 1147)

       «Приде митрополитъ Иванъ в Русь, и не хотѣ его Ростиславъ [Мстиславич] приятии, занеже отрядилъ бяше Ростиславъ Гюряту Семковича къ цареви, хотя справити Клима въ митрополью, и възвратися опять Гюрята из Олешья с митрополитомъ и с царевымъ посломъ. И присла царь дары многы Ростиславу, оксамиты и паволокы и вся узорочь разноличная…» (Ипат. 1164)

               Эта догадка несколько раз подтверждается контекстом СДЗ:

       §6. В СДЗ: «Не лгалъ бо ми Ростиславъ князь: «Лепше бы ми смерть, ниже Курское княжение…». Может показаться, что князь Ростислав Мстиславич предлагал автору СДЗ княжество, а тот отказался и сейчас не у дел. Но «лепше смерть, ниже Курское княжение» — парафраз известной фразы Андрея Владимировича Доброго, изгоняемого из Переяславля в Курск киевским князем Всеволодом Ольговичем:

 «Леплее ми того смерть а совоею дружиною, на своеи воочине и на дедне, нежели Курьское княженье. Отець мои Курьске не седелъ, но в Переяславли…» (Лавр. 1139)

 Смысл поговорки «нельзя довольствоваться малым». Если бывший митрополит Климент Смолятич замещал епископскую кафедру Владимира-Волынского 15, то это и называется «малое», а Ростислав Мстиславич предложил ему снова быть митрополитом, для этого и послал Гюряту Семковича в Константинополь утвердить у патриарха кандидатуру Клима. «Не лгалъ бо ми Ростиславъ князь» указывает на личное обращение.

                    §7. В СДЗ: «Паволока бо испестрена многими шолкы и красно лице являеть…». Красное лицо явил Клименту Смолятичу тот же князь Ростислав в 1164 году, когда променял свое решение о становлении Клима митрополитом на подарки, привезённые «царевымъ посломъ» из Византии, в том числе «паволокы» (см. выше Ипат.1164). На этом запись в летописи обрывается и считается, что это последнее упоминание о Клименте Смолятиче и дальнейшая его судьба неизвестна.

                    §8.  В СДЗ: «Азъ бо, княже, ни за море ходилъ, ни от философъ научихся, но бых аки пчела, падая по розным цветом, совокупляя медвеный сотъ; Тако и азъ, по многим книгамъ исъбирая сладость словесную и разум..»

        — если наше предположение верно и Климент — автор СДЗ, то этим отрывком СДЗ он сам отвечает на предположение Е.Э. Гранстрем о том, что Климента Смолятича называли «философом» потому, что он в Константинополе «за морем» окончил высшую школу16. А Климента его современники, действительно, называли «великим             философом»:

           «Поставиша себе митрополита Киеву и всей Руси инока Клименьта Смолнянина, выведше его изъ молчялныа келии его. Бе бо сей по премногу [любя] безмлъвие, и удоляяся отъ всехъ, и прилежа молитве и прочитанию божественыхъ писаний, и бе скимникъ, и зело книженъ, и учителенъ, и философъ, и много писаниа написавъ предаде …» (Никон. 1147)

        Но отсюда не следует, что только окончившие философский факультет высшей школы могли именоваться «философами», ведь в «Послании Климента Смолятича» (ПКС) автор так и пишет:

         «Григорей зналъ алфу, якоже и ты, и виту подобно, и всю 20 и 4 словесъ грамоту. А слышиш ты, ю у мене мужи, имже есмь самовидець, иже может единъ рещи алфу, не реку, на сто, или двесте, или триста, или 4-ста, а виту — також» (ПКС) 17.

        Климент не говорит, что сам умеет составлять схедографические лексиконы на греческие буквы, а лишь пишет, что у него есть такие мужи и он им очевидец. Да и адресат Климента пресвитер Фома не называет его «философом», а лишь укоряет его в тщеславии: «славишися, пиша, философ ся творя» — «строишь из себя  философа». Как правильно заметила Е.Э. Гранстрем: «философствовать – комментировать тексты Священного писания»18, именно это и делает Климент, показывая в ПКС Фоме своё умение по-философски толковать библейские и евангельские притчи.

                 §9. В СДЗ: «Помилуй мя, сыне великаго царя Владимера» — это безусловно иронический контекст: Владимира Мстиславича никогда «царем» не называли, а уж тем более «великим». Но называли «царем» его сводного брата Изяслава Мстиславича.

       «Изяславъ же рече: «Азъ Изяславъ есмь князь вашь» … и то слышавше мнози и въсхытиша и руками своими с радостью яко царя и князя своего»; «самого тебе не зовемъ зане же царь» (Ипат.1151)

       Вероятно, столь необычная для Руси XII века титулатура употреблена в отношении Изяслава в связи с его инициативой постановления русина Климента Смолятича  митрополитом Руси, без согласия византийского патриарха. «Царь» в этом случае употреблено в значении истинного властителя, ведающего делами мирскими и духовными 19.

       Хвалебная титулатура, имеющая отношение к Изяславу Мстиславичу, никак не могла относиться к его сводному брату Владимиру, отцу новгородского князя Ярослава — адресата Даниила Заточника. Владимир Мстиславич княжил в Киеве менее трех месяцев 1171 г. и то, без ведома Ярослава Мстиславича и Андрея Боголюбского, который, узнав о «тайном» княжении, потребовал освободить киевский стол. Смерть застала Владимира Мстиславича до прихода владимиро-суздальской рати. Такого правителя «великим князем» можно было бы назвать с большой натяжкой, но тут его именуют «великим царем», что явная ирония, которая заведомо обречена на негодование со стороны адресата, если бы не одно обстоятельство.

     В 1147 г. киевский князь «царь» Изяслав оставил вместо себя своего сводного брата Владимира Мстиславича вместе с Климентом Смолятичем.

               «В то же веремя  Изяславъ посла Киеву къ брату своему Володимиру [Мстиславичу],  того бо бяшеть оставилъ Изяславъ в Киеве, и къ митрополиту  Климови и къ Лазореви тысячкому…» (Ипат.1147)

      В устах любого другого «царский» титул отца, был бы сарказмом, любого, кроме тысяцкого Лазаря и Климента Смолятича, которые были участниками событий 1147 года, когда отец адресата СДЗ замещал «великого царя» Изяслава Мстиславича.

             §10. В ПДЗ: «Кому Переславль, а мне гореславль». Первые исследователи «Слова» такие как П.В. Бессонов и В.М. Истрин, имея как первоисточник ПДЗ — переделку СДЗ XIII в., считали, что автор лишен Переяславля, изгнан из него 20. Если наша версия верна и автор СДЗ Климент Смолятич, то он  был из Заруба, а точнее из Трахтемировского монастыря близ Переяславля 21.

             §11. В ПДЗ: «Княже мои, господине! Азъ есмь ни феофраста, ни пинидры, египетстии мудрецы, ни филикамиды, афиниистии мудрецы. Аще есмь не мудръ, но в премудрых ризу облачихся, а смысленых сапоги носилъ есмь».

 Вторая часть отрывка с читаемой конъектурой есть в списке ПДЗ Ундольского: «Княже мои, господине! Азъ несмъ феофрастянинъ, терендь, египетстiи мудрецы, ни финiи, калимидiи, афинiистiи хитрецы. Аще есмъ малоумен?».

«Калимидии. Каллимах (?) – знаменитый греческий поэт и критик III в.до н.э.;

Пинидръ. Пиндар (?) – древнегреческий поэт (VIV вв. до н.э.);

Терендь. Теренций (?) – римский писатель III в. до н.э.;

Феофрастянинъ. Феофрастъ – знаменитый греческий ботаник (IV в. до н.э.)…» 22.

  Если Псевдо-Даниил сравнивает автора СДЗ с этими известными историческими лицами, то, видимо, их судьбы чем-то похожи. Проверим это предположение:

      §11а. «Азъ есмь ни феофраста» – Феофраст (Θεόφραστος) древнегреческий философ, ученик Аристотеля, о котором упоминает Диоген Лаэртский в своем труде: «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов»:

              «У Аристотеля Стагирского было много учеников; более всего выделялся из них Феофраст, о котором и пойдет речь. Феофраст из Эреса, сын Меланта… Вначале он слушал в родном городе своего земляка Алкиппа, потом учился у Платона и наконец перешел к Аристотелю; а когда тот удалился в Халкиду, Феофраст принял от него школу в 114-ю олимпиаду. … Софокл, сын Амфиклида, внес закон, чтобы никто из философов под страхом смерти не возглавлял школу, кроме как по решению совета и народа… Он тоже оставил великое множество книг» — как нельзя более точно подобранный исторический персонаж для сравнительного жизнеописания Климента, который был

             «зело книженъ, и учителенъ, и философъ велий, и много писаниа написавъ предаде …» (Никон. 1147),

а также служил в кафедральном соборе Киева после запрета на такую службу предыдущего грека-митрополита:

        «… от Михаила от митрополита рукописание яко не достоить намъ безъ митрополита въ святеи Софьи служити…» (Ипат. 1147)

            11б. «Азъ несмъ…терендь египетстiи мудрецы» — Теренций (Publius Terentius Afer).

       «…даровитейший, после Плавта, представитель древнеримской комедии… родом был из Карфагена и принадлежал африканскому (или ливийскому) племени, на что указывает его прозвище Afer. Попав каким-то образом в Рим, Теренций был рабом у сенатора Теренция Лукана, который, заметив выдающиеся его способности, дал ему тщательное образование, а затем и свободу. Талантливость Теренция открыла ему доступ в высшие круги римского общества…»23.

         И снова угадывается судьба Климента Смолятича выведенного из кельи молчальника князем Изяславом Мстиславичем, который, заметив его выдающиеся способности, ввел его в высшие круги древнерусского общества.

          § 11в. «Азъ есмь… ни пинидры». Пиндар – древнегреческий поэт, автор эпиникиев (хоровых гимнов), написанных по заказу победителей общегреческих игр. Он не пересказывал общеизвестные мифы, а выхватывал из них только эпизоды, которые считал важными. В своих произведениях пользовался такими поэтическими приемами как инверсия, гипербола, метафора и неологизм. В ПКС Климент выделяет из библейских сюжетов эпизоды Иуда и Фамарь, Зара и Фарес, Лия и Рахиль и др. и при их переосмысливании пользуется теми же приёмами, что и Пиндар.

         §11г. «Азъ несмъ …ни (а)финiи, калимидiи, афинiистiи хитрецы» — речь идет не о Каллимахе поэте из Кирены, а о Каллимахе — полемархе афинских войск, тактической «хитростью» одержавшего победу над многократно превосходящими силами противника при Марафоне.

      В древнерусской «Пчеле» в цитате из Плутарха, сообщается, что у царя Дария было 300 тыс. войска, афиняне же под руководством Каллимаха «едину тысящу противу ему послаша»  одержали победу, благодаря тактической хитрости 24. Подобное произошло и в судьбе Климента Смолятича в 1157 г., когда многочисленная рать Юрия Долгорукого осадила князя Мстислава Изяславича с его «думцем» во Владимире-Волынском.

            «Поиде Гюрги съ зятемъ своимъ Ярославомъ съ Галичьскимъ, и съ сынъми своими, и с Володимеромъ съ Андреевичемъ, и с Берендичи  к Володимирю [Волынскому] на Мьстислава на Изяславича…» (Ипат.1157)

      И только, благодаря тактической «хитрости», город удалось спасти. Хорошо спланированной вылазкой был нанесен значительный ущерб галицким полкам, а, повернувшую от города рать Юрия, войска Мстислава преследовали до самого Дорогобужа, сжигая всё на своем пути. Благодаря этой победе Мстислав заключил союз с Ярославом Галицким и уже в 1158 г. «отворял Киеву врата», добыв «высок стол» (см. § 17).

         §12. В ПДЗ: « Мнози бо, отшедше мира сего иноческая, и паки возвращаются на мирское житие…обидятъ села и домы славных мира сего, яко псы ласкосердии…». Упоминание «домов с селами славных мира сего» подразумевает «Уставную смоленскую грамоту 30 сентября 1150 года» 25, по которой смоленский епископ Мануил будет получать десятину «на полы» с князем Ростиславом Мстиславичем. За несоблюдение этой грамоты Мануил заранее клял того, кто на эти «дома и села» покусится, недвусмысленно намекая на Климента Смолятича. В условиях церковного раскола середины XII века, новгородский Нифонт и смоленский Мануил не поддержали постановление митрополита без благословления константинопольского патриарха, это означало отсечение поступлений из Смоленска в Киев. Видимо этим объясняется и то, что «Мануилъ Смоленьскии епископъ, иже бе бегалъ перед Климомъ» (Ипат.1156), и долгая переписка со смоленским князем и его клиром, отображенная в Послании Климента смоленскому пресвитору Фоме:

            «Да скажю ти сущих славы хотящих, иже прилагают домъ к дому, и села к селомъ, изгои же и сябры, и бърти, и пожни, ляда же, и старины, от них же окааный Климъ зело свободен…» (ПКС)

         Сравните со СДЗ: «Да не уподоблюся жорновом, яко тии многи люди насыщают, а сами себе не могут насытитися жита…» — т.е. занимая высокий пост, не стремился обогатиться.

           §13. В СДЗ: «Аще который муж смотрить на красоту жены своеа и на ея ласковая словеса и льстива, а делъ ея не испытаеть, то дай Богъ ему трясцею болети, да будеть проклят». Поддерживающий Климента князь Изяслав Мстиславич, «разболевшийся» через полгода после женитьбы на «царевой дочери из Обезъ» (см. § 14) и проклятый после смерти пришедшим на смену Клименту греком-митрополитом Константином. Сын князя Мстислав Изяславич о своем отце:

 «Мьстиславъ же крепко пряшеся по Климе, река: «Тако не будетъ  Костянтинъ въ митропольи, зане клял ми отца…» (Ипат. 1159).

          §14. В СДЗ: «Жены ради Данила пророка в ровъ ввергоша, и лви ему нози лизаху. О злое, острое оружие Диаволе и стрела, летяща с чемеремъ — в Библии Даниил пророк попал в ров не из-за женщины, очевидно, что здесь иносказание из жизни В ПДЗ: «LXXV… а иныи летаетъ с церкви, или с высокие полаты, паволочиты крилы имея..» самого автора СДЗ.

                «Посла Изяславъ второе сына своего Мьстислава противу мачесе своеи бе бо повелъ изъ Обезъ жену собе цареву дщерь» (Ипат. 1154).

                «…царем «Обез» (обезами — абхазами на Руси в это время назывались грузины-картлийцы, принявшие западногрузинскую — абхазскую династию Багратиони), велись переговоры и был заключен брачный договор. Это не могло произойти раньше зимы 1151—1152 гг., когда Изяслав овдовел, и вряд ли это могло иметь место до апреля 1152 г., когда он овладел (и уже не в первый раз) Киевом. В течение лета 1153 г. в Киеве шли приготовления к свадьбе, осенью, вероятно, в соответствии с договором, Изяслав отрядил навстречу невесте своего старшего сына Мстислава, двоюродного брата Владимира Андреевича, и отряд берендеев. Мстислав спустился по Днепру, до Олешья, порта, куда приходили морские суда, совершавшие плавание вдоль крымского берега, «и не обретше ей, воротишася». Невеста вместе с послами, которых посылал за ней в Грузию Изяслав, прибыла только на следующее лето. Встречать ее опять был направлен Мстислав, и на этот раз встретил, но, как говорит летопись, уже «в порозех», т.е. выше Олешья. Как видим, переговоры о браке должны были происходить в конце 1152 — начале 1153 г. Однако исполнение договора по каким-то неясным обстоятельствам царем Грузии было отложено…. Согласно грузинским и армянским исследованиям, имя этой царевны было Русудан…» 26.

     Выбор Изяслава Мстиславича пал на дочь царя Грузии Деметра I, сестру Георгия III царевну Русудан — личность одиозную с точки зрения её «блиц» браков. До сих пор у историков нет единого мнения о количестве дочерей Деметре I 27. Не верится, как одна и та же женщина, овдовев к 2.10.1152 г. после замужества с султаном Масудом Темиреком (Masud Temirek) , ведёт переговоры о новом браке в конце 1152- начале 1153 г., и уже весной 1154 г. появляется на Руси в качестве второй жены Изяслава Мстиславича. Спустя полгода «разболеся великии князь Киевьскии Изяславъ» и умер 13.11.1154 г.  Но и после этого брака супружеская жизнь Русудан не останавливается. И опять одинаковый «сценарий»: в 1156 году у султана Сельджукской империи Ахмада Санджара ибн Мелик-шаха, последнего представителя ветви так называемых «Великих Сельджуков», умирает его первая жена Туркан Хатун (Turkan Khatun). Он женится второй раз на вдове султана Масуда Темирека (Masud Temirek) — Русудан. Проходит чуть более полугода и тот же результат: «…он подвергся желудочному заболеванию, оно привело к дизентерии, и он скончался…» (Рашид ад-Дин Сборник летописей). Интересно, что подобный эффект даёт отравление именно чемерицей:

            «Клисфен Сикионский прорвал водопровод, ведший в Крисы; когда вскоре жители стали страдать от жажды, он вернул им воду, испортив ее чемерицей: когда они, пользуясь ею, ослабели от поноса, он их покорил…» 28.

           Вышеприведенные сопоставления дают основания предположить, что строки Даниила Заточника: «О злое, острое оружие Диаволе и стрела, летяща с чемеремъ» относятся к конкретной женщине, из-за которой автор СДЗ лишился своего благодетеля и утратил свое высокое положение.

              Уместно упомянуть былину «Лукоян Берендеевич», где к герою в жены просится «дочь князя абезского», герой же ей отвечает «крещён я попом, Пантелеем зван» (Изяслав Мстиславич в крещении Пантелеймон), «по изотчеству Берендеич прозываюся» (см. выше — встречать «цареву дщерь изъ Обезъ» в 1153 году вышел отряд берендеев), невесте же, просящейся на Русь, герой отвечает: «Ты девчонка-потаскушечка! Потаскалась, знать, ты со ребятами; надоели, знать, тебе полюбовники» 29. Такое негативное отношение ко второй жене Изяслава Мстиславича сохранилось в русских былинах.

            Можно привести и другие параллели, но остановимся на контраргументах, приводимых при рассмотрении этой версии.

         §15. В СДЗ: «Унъ възрастъ имею, а старъ смыслъ во мне…». Это вовсе не означает, что автор СДЗ называет себя юношей, он лишь говорит, что его знания, накопленные веками, старше его возраста. Сравните с текстом Киево-Печерского патерика (ркп. РГБ, собр. Румянцева, № 305):

       «К сему [к Антонию] прииде блаженный Феодосие, млад сый възрастом, разумомъ же старъ»

Подобную «самоуничижительную» формулу находим и в Житие Сергия Радонежского: 

«аще бо и млад сый възрастом телесным, но старъ сый смысломь духовным...»30.

        §16. Вопрос, который остается пока без ответа — смена имени. Б.А. и Ф.Б. Успенские в своем фундаментальном исследовании по иноческим именам Древней Руси пишут: 

            «Если в настоящее время в Русской православной церкви, как правило, меняется имя при принятии великой схимы, то в Древней Руси ситуация была прямо противоположной — как правило, в этом случае имя не менялось…» (С.40)

                                                              и далее уточняют:

            «Поскольку в Студийском монастыре при Феодоре и его непосредственных преемниках было только одно пострижение — в великую схиму, именно тогда и менялось имя. Таким образом, перемена имени в великой схиме у греков сама по себе может рассматриваться, вообще говоря, как архаическое явление (восходящее к эпохе Феодора Студита). Если согласиться со сказанным, можно предположить, что имя в великой схиме у греков могло меняться без предварительного пострига в малую схиму — в отличие от современной русской практики, где пострижению в великую схиму должно предшествовать пострижение в схиму малую…» (С.54)

                                                                      и далее:

             «Киевская летопись называет Климента Смолятича «философом» (см. выше). По правдоподобному предположению Е. Э. Гранстрем, его называли таким образом, поскольку он получил образование в Константинопольском университете (см.: Гранстрем, 1970, с. 26–27) Пребывание в Византии и объясняет, можно думать, наименование Климента Смолятича Климом. Форма Клим выступает здесь не как сокращение от Климент (как в современном русском языке), т. е. не как разговорная (гипокористическая и т. п.) форма, а как грецизм. Она отвечает греческой форме имени Климент — Κλήμης: форма Климент соответствует форме родительного падежа Κλήμεντος, тогда как Клим отражает форму именительного падежа Κλήμης (см.: Б.  Успенский, 1969, с. 143). Его называют так, как называли в греческих землях (С.163) 31

      Остается без ответа, где принимал постриг в схиму Климент в Византии по греческим канонам или в Трахтемировском монастыре близ Переяславля по древнерусским. Была ли это малая схима или как у греков сразу великая. После снятия «святительского сана» стал ли он опять схимником или стал обычным пресвитером (попом) со сменой имени или без таковой. Во втором случае стоит вспомнить о появлении в окружении Мстиславича Изяславича после 1164 года нового «духовного отца»: 

    «…и посла Мьстиславъ [Изяславич] къ игуменү Поликарпови и къ Данилови, попови своему, веля има ехати къ брату Ярополку река има тако: «аще ва Богъ поиметь брата моего, да спрятавше тело его, везите же къ святому Феодору…» (Ипат. 1170)

         Обращаю внимание на фразу: не просто к «попу Даниле», а к «своему попу Даниле», т.е. попу Мстислава Изяславича, сына Изяслава Мстиславича, поставившего митрополитом Климента. Распоряжение Мстислав дает игумену Киево-Печерского монастыря Поликарпу и «своему попу» о захоронении тела своего родного брата Ярополка, в случае его кончины, в киевской церкви святого Федора, где был захоронен их дед Мстислав Великий. В этом случае, речь идет о духовнике Мстислава Изяславича, коим до 1164 года у него был Климент Смолятич.

          Со своей стороны, более склоняясь ко второму варианту, сомневаюсь, чтобы на заточение в «церковный дом» (см. § 1) послали бы схимника, отошедшего от мирских дел, скорее всего, речь о «попе». Что же касается смены имени при принятии схимы — приведу пример конца XII века:

            «Святой Илия (Иоанн) Новгородский родился в самом Новгороде и там же сначала был пресвитером при церкви святого Власия… Незадолго пред кончиною (1185) Илия оставил престол и принял схиму под именем Иоанна…» 32.

        §17.  В СДЗ: «Темъ же вопию к тебе, одержимъ нищетою: … Да не восплачюся, рыдая, аки Адамъ рая; Пусти тучю на землю художества моего…». По мнению акад. Д.С. Лихачёва:

 «Единственное, о чем он молит князя с полной определенностью, — это о подаянии» 33

              В древнерусском языке слово «художество» не имело значение «убожество», а имело значение «искусство, опытность, знание» (Срезн. СДЯ, т.3 С.1415) «Самоуничижительный» стиль Даниила лишь подчёркивает его «принадлежность к монашеской среде» 34.

  «Умаление себя перед миром и перед другими людьми – одна из основ христианского мироощущения.  В области литературы это привело к созданию этикетных авторских «самоуничижительных» формул…» 35.

Так в Послании некоего старца к Василию, архимандриту Печерскому о схиме:

 «Поклоняние отъ моего недостоиньства къ твоему преподобьству, милый мой господине, всечестный богоблаженый Василие …пытаеши моея нищеты, аки достоить учителю ученика и господину раба»36.

              Состояние материальной «нищеты» естественная форма для богатого духовно клирика. Как писал Кирилл Туровский в «Слове о бельцах и монашестве»:

 «мужь, в последний жива нищете, — се есть весь чернечьскый чин» 37.

                  В СДЗ не идет речь о прошении материальных средств Даниилом, но об обращении внимания на «мудрого нищего», на возможность использования накопленных им знаний и опыта. Вот то единственное, что беспокоит Заточника, что слов его в настоящее время никто не воспринимает так, как тогда, когда его ризы были «светлы». Он хочет выйти из «политической тени», стать мудрым советником и народным трибуном.

       §18. В СДЗ: «3 добрымъ бо думцею думая, князь высока стола добудеть, а с лихимъ думцею думая — меншего лишенъ будеть…» — стол выше новгородского, который занимал адресат Даниила Заточника Ярослав Владимирович, на Руси в конце XII в. мог быть только киевский. Это лишний раз указывает на прежнее высокое положение Заточника. Предлагать себя в советники в столь смелом шаге мог только человек с хорошими политическими связями, имеющий опыт в становлении князей на «злат стол», и Климент Смолятич отвечал всем этим требованиям.

                                      _________________________

                                                 ПРИМЕЧАНИЯ        

            Выражаю искреннюю благодарность и глубокую признательность Лидии Викторовне Соколовой (ОДРЛ Пушкинский Дом), проф. Александру Николаевичу Ужанкову, акад. Сергею Вольфганговичу Заграевскому (РусАрх) за указание спорных и недостаточно раскрытых мест первоначальной версии. Настоящий вариант статьи 2012 года исправлен и дополнен новыми материалами.

1 Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М.-Л., 1950. ст. 1181-1182 гг.

2  Зарубин Н.Н. Слово Даниила Заточника по редакциям XII и XIII вв. и их переделкам. Л., 1932. С.3-36.

3  Псалтирь на церковно-славянском языке. М., 2005

4 Изборник 1076 года. Т.1. М., 2009

5  Миндалев П.П. Моление Даниила Заточника и связанные с ним памятники: Опыт историческо-литературного исследования, Казань, 1914, С.III-XXX

6  Митр. МакарийИстория Русской Церкви, М., 1994-1996, Т.2, Отд.1, Гл.IV

 Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций, М., 2002, Т.1, Лекция 15.  

 8   Макаров Н. А. Средневековый могильник Попово на Каргополье // КСИА.1982. Вып.171. С.80-86

 9   Заграевский С.В. Боголюбовский архитектурный ансамбль конца 1150-х–начала 1170-х годов: вопросы истории и реконструкции // Памяти Андрея Боголюбского. Сб. статей. Москва – Владимир, 2009. С. 141–167

10   «Володимиръ бо зовяше тогда тестя своего по велику тако река: «Господине отче…» (Ипат.1247)

       «Господине, братъ мои, ты же ми былъ во отьца место» (Ипат. 1287)

            11  Настольная книга священнослужителя, М.,2001, гл. Одеяния Духовенства, С.117.

            12  Зарубин Н.Н. Слово Даниила Заточника по редакциям XII и XIII вв. и их переделкам. Л., 1932. С. 51-74

            1Настольная книга священнослужителя, Указ. соч., С.136-137

            14   Соколова Л. В. К характеристике «Слова» Даниила Заточника (Реконструкция и интерпретация первоначального текста) // ТОДРЛ, Т.46, СПб., 1993. С. 230.

            15  Присёлков М.Д. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси X-XI вв. СПб (1913) 2003, С. 214.

           16  Гранстрем Е.Э. Почему митрополита Климента Смолятича называли «философом» // ТОДРЛ, Т.25, М.-Л., 1970. С. 20-28.

           17 Послание Климента Смолятича по рукописи нач. XVI в.— РНБ, Кирилло-Белозерское собр., № 134/1211, л. 214 об. — 231.

           18  Гранстрем Е.Э. Указ. соч. С.25

           19  Толочко А. П. Князь в Древней Руси: власть, собственность, идеология. Киев, 1992. С. 135-137.

          20  Истрин В.М. Был ли Даниил Заточник действительно заточен? //Летопись Историко-филологического общества при Новороссийском университете, т. X. Одесса,                  1902. С. 8-9.

           21  «Смолятичя виведъ изъ Заруба где теперъ монастырь Терехтемерский бе бо черноризецъ и скимникъ» (ПСРЛ II, разн. Ерм. сп. с.27.)  

           22  Лексика и фразеология «Моления» Даниила Заточника (ред. проф. Иссерлин Е.М.), Л., 1981. С. 229-230

           23  Энциклопедия Брокгауза и Ефрона. СПб., 1890—1907.

          24  «Пчела». Древнерусский перевод. Т.1. М., 2008, С.157-158.

          25  Голубовский П.В. История Смоленской земли до начала XV в. Киев,1895, С.255-258.

         26 Гадло А.В. К истории отношений Руси и Грузии второй половины XII в. (Тмутороканские этюды VIII) // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2. «История», СПб., 1996 — Вып. 3. – С.11-22

            27 С. Toumanoff  On the Relationship between the Founder of the Empire of Trebizond and the Georgian Queen Тhamar. Speculum, Vol. 15, No. 3. (Jul., 1940), p. 305.

           28 Фронтин (Секст Юлий Фронтин). Военные хитрости (Стратегемы), СПб., 1996, Кн.3, гл. VII (6)

           29 Летописи русской литературы и древности, издаваемые Николаем Тихонравовым: Т. 1-5. — Москва, 1859-1863.

          30 «Житие преподобного и богоносного отца нашего Сергия -чудотворца и похвальное ему слово, написанное учеником его Епифанием Премудрым в XV веке» //                   Памятники древней письменности и искусства, Т.58, СПб., 1885

           31 Успенский Б. А., Успенский Ф. Б.  Иноческие имена на Руси, М.: Институт славяноведения РАН; СПб., 2017

           32  митр. Макарий (Булгаков) История русской церкви, Т.2 Отд.3 СПб., 1857, С.23

           33 Лихачев Д. С. Моление Даниила Заточника // Великое наследие. М., 1975. С. 205—221

           34 Бирнбаум Х., Романчук Р. Кем был загадочный Даниил Заточник? //ТОДРЛ, Т.50, СПб, 1996, С.576-602

            35 Понырко Н.В. Эпистолярное наследие Древней Руси, XI-XIII вв., СПб, 1992, С. 159-160

            36  Прот. Горский «Послание к Василию, архимандриту Печерскому XII столетия (О схиме) » // Прибавления к Твор. св. Отцов, М., 1851, Ч.10, Кн.2, С. 346,  348

            37 Еремин И. П. Литературное наследие Кирилла Туровского // ТОДРЛ, Т.12, М.—Л., 1956, С.350

                                                                           ***

                                                                                                                               Москва, 7.03.2020

Точка зрения © 2021 Все права защищены

Материалы на сайте размещены исключительно для ознакомления.

Все права на них принадлежат соответственно их владельцам.