1360-1381. Великая замятня

а) 1360-1366. Против Суздаля

То, что происходило в Золотой Орде в период 1359-1380 гг., названо в русских летописях Великой замятнёй. В это время в Орде ханы менялись по несколько раз в год. Более того, Золотой Орды как таковой уже не существовало, так как она фактически распалась на несколько частей. У Орды уже не было возможности силой привязывать к себе русские земли. Но там не спешили этим пользоваться. Князья из соперничающих группировок продолжают ездить в Орду и платить дань, покупают себе ярлыки на великое княжение, на которые их соперники всё меньше обращают внимания. Ибо через год, после очередного переворота в Орде, такой же ярлык они смогут купить у нового хана. И всё-таки княжествам-соперникам, которые сами ещё не могут одолеть друг-друга, ещё слишком нужна Орда.

От Золотой Орды отделяется Белая Орда, где после смерти хана Чимтая (1361) к власти приходит его сын Урус-хан и отказывается признавать себя вассалом Сарайских ханов. Более того, агрессия ви направлению Золотой Орды становится лейтмотивом его внешней политики. Также отказывается прзнавать свою зависимость от Золотой Орды и третья часть улуса Джучи — Синяя Орда, где правит хан Пулад (1350-1370). На западе, на правобережье Волги, тёмник Мамай заводит себе подставного хана Абдаллаха (в 1361 г.) и тоже становится независимым государем. Но даже из того, что осталось, вскоре начинают выделяться отдельные улусы.

Впрочем, развал и распад в это время проходит во всей Монголосфере. Улус Хулагу уже прекратил своё существование, распавшись на несколько частей, а последний ильхан был убит мятежниками-сарбадарами. Бушует восстание в Китае против монголов династии Юань, и к 1368 г. их изгоняют за Великую стену. Распался на две части Чагатайский улус, причём в Туркестане и Мавераннахре власть захватили мятежные эмиры, которые ведут со второй частью улуса — Моголистаном — непрерывные войны. В это же время начинает выдвигаться тогда ещё малоизвестный эмир Тимур.

В 1360 г. эмир Абдаллах, сын Казагана, правящий Туркестаном, был убит в Самарканде недовольными им эмирами. Хан Моголистана Тоглук-Тимур начинает проводить политику на объединение двух частей Джагатайского улуса и пытается отвоевать Туркестан у мятежных эмиров. Среди его подчинённых с 1360 г. находится эмир Кеша Тимур. В 1361 г. эмир Тимур добивается для эмира Хусейна, внука Казагана, наследственного права владения Балхом. В это время хан Тоглук-Тимур снова приводит войска в Туркестан. Успех ему не сопутствует. В 1362 г. Тоглук-Тимур умер, ему наследовал его сын Ильяс-Ходжа.

С приходом к власти Ильяс-Ходжи эмиры Тимур и Хусейн покидают Моголистан и объединяются. В 1363 г. эмира Тимура арестовывают в Махане, приговаривают к смерти и сажают в колодец. Он, однако, исхитряется оттуда бежать. После побега он организовывает поход на Систан, где и получает ранение, благодаря которому его и стали называть Тимур Ленг (Хромец). После этого эмиры Хусейн и Тимур ведут войну с Моголистаном (1363). В 1365 г. они терпят поражение в так называемый «илистой войне» против Моголистанского хана Ильяса-Ходжи. Хан, преследуя эмиров, продвигается до Самарканда, но там его отражают сарбадары.

Эмир Хусейн заманивает к себе вождей сарбадаров для переговоров и убивает их. После этого предательства его союз с эмиром Тимуром разваливаться. В 1366 г. Моголистанский хан Ильяс-Ходжа был убит. Власть в Моголистане захватил эмир Камар-ад-Дин, который также немедленно рассорился с Тимуром.

Примерно в это время (1360) Сергий Радонежский тайно уходит из своего монастыря и основывает новый. Обязанности игумена монастыря Св. Троицы начинает исполнять его брат Стефан.

В 1360 г. митрополит Алексий вернулся в Москву из киевского плена, где сразу же приступил к обязанностям правителя Московского княжества.

«В княжеской думной палате мерцают ряды свечей. Разряженные бояре тесно сидят по лавкам. … Здесь и бояре, и те, кто еще будет боярином вослед отцу. … Здесь именно все! И в палате светло и торжественно, торжественно и тревожно.

На … престоле, в резном креслице княжеском — девятилетний мальчик Дмитрий… Рядом, в высоком кресле, худой лобастый старец в торжественном митрополичьем зелено-палевом облачении… И взоры, и вопрошания — от мальчика к нему, к старцу, нынешнему главе страны… И каждый из председящих ему в ближайшие дни станет пред ним на исповеди, и каждый содеет все, что велит он, и содеет радостно, ибо как тяжко без него — в том уже убедились все, потерявши и сам великий стол владимирский и теперь сожидая, что и села и волости под Костромою, под Владимиром, Юрьевом, иными ли городами по Волге и Клязьме почнет отбирать у них новый великий князь, Дмитрий Суздальский. И уже потеряны Ржев и Лопасня, и тревожен Волок Ламский, и вот-вот… И потому бояре дружно, не залезая в казну великокняжескую, дают сейчас серебро владыке Алексию: на выкуп пленных и награды ратным, на оборужение новых полков, на дары в Орду, на дары в далекий Царьград, куда вскоре поскачут владычные посланцы с жалобою патриарху, жалобою, которую должно подкрепить русским весовым серебром.

Ибо Роман днями прибыл в Тверь, куда воротился из Литвы обласканный Ольгердом Всеволод, и Василий Кашинский вновь воротил Всеволоду тверскую треть, и Роман получил от Всеволода дары, и кормы, и дани, и ежели так пойдет далее… Но далее так не пойдет! Старец в глубоком кресле с высокою резною спинкою, воротившийся ныне из плена, почитай, с того света приехавший на Москву, в силах теперь остановить безлепое наступление Литвы и вновь утвердить пошатнувшую было власть государей московских. …В кресле… сидит страж земли, воля коего ныне тверже твердоты драгого камня шемшира. В кресле сидит муж, отринувший от себя все земные услады ради одного, единого, что он намерил, должен и будет вершить — создания великой страны.»

Алексий ставит нового архиепископа в Новгород и направляет посольство в Константинополь с жалобой на Ольгерда. В 1361 г. Роман умирает, и патриарх Каллист вновь воссоединяет Русскую митрополию под властью Алексия.

В 1360 г. Ливонский Орден вновь нападает на Литву и наносит поражение литовским князьям. Причём князь Кейстут попадает в плен, откуда вскоре бежит.

В июне 1360 г. Сарай захватил выходец из Белой Орды Хызр, который ещё в конце прошлого года объявил о своём ханском достоинстве в Гюлистане. Хан Наурус и ханша Тайдула, которую два предыдущих хана оставляли в живых для легитимизации своей власти, были убиты.

«Хызр (или Хидырь, как его называли русские), тайно приглашенный эмирами Сарая из Белой Орды, торопился утвердить свою власть на крови соперников. И это был конец Золотой Орды. И был бы вовсе конец! Но полтора столетия побед, но тень Чингисхана, но обаяние власти все еще продолжали собирать степных воинов к мертвому знамени своему. Не сразу и не вдруг умер Сарай, столица Золотой Орды … Не вдруг отступила степь от Батыевых древних знамен.

И князья русские, не решивши доселе споров своих, сами не хотели гибели столицы на Волге. И потому, едва утвердился на престоле Хидырь, потянулись в Орду князья владимирские с данью, которую некому было бы и потребовать с них в эти месяцы ордынского безвременья, за ярлыками, которые почти неведомо было, от кого и получать теперь…

Усевшись на престоле, едва стерев кровь с подошв своих сапог, хан Хидырь тотчас вручил ярлык на великое княжение тому же Дмитрию Константинычу Суздальскому. Но тут же пожаловал и ростовского князя Константина на весь Ростов, разом перечеркнувши старинную куплю Калиты. И князю Дмитрию Борисовичу воротил Галич, казалось бы, прочно отобранный у него московитами. Так что и суздальский князь получил великое княжение урезанным до его прежних размеров.»

С приходом к власти нового хана Владимирские князья опять едут в Сарай. Хызр-хан подтверждает великокняжеское достоинство Дмитрия Суздальского, но возвращает ярлыки на их княжения, купленные некогда Калитой, Константину Васильевичу Ростовскому и Дмитрию Борисовичу Галицкому, восстанавливая таким образом великое княжение в его прежних размерах. Дмитрий Константинович Суздальский едет во Владимир, где Алексий, как Русский митрополит, венчает его на великое княжение.

В 1360 г. новгородские ушкуйники, проплыв вниз по Волге, взяли и разграбили ордынский город Жукотин. Это деяние встретило всяческое одобрение Дионисия Суздальского, который всю жизнь проповедовал поход «на нечестивых агарян». Хан Хызр потребовал от Дмитрия Суздальского, как великого князя, поимки и выдачи этих ушкуйников. В.к. Дмитрий, вместо того чтобы подождать смены хана и проволынить это крайне непопулярное на Руси действо, добился от Новгорода выдачи участников похода, что отнюдь не прибавило ему популярности в этой вечевой республике.

Алексий пытается навести порядок в Троицкой обители, для чего вызывает к себе как Стефана, так и Сергия. Сергию устраивают также встречу с княжеской семьёй для душеспасительной беседы. После этого Сергий вновь возглавляет Свято-Троицкий монастырь.

Митрополит Алексий. Икона.

Митрополит Алексий. Икона.

Св. Сергий Раджонежский. Икона.

Св. Сергий Раджонежский. Икона.

Весной 1361 г. митрополит Алексий, вместе с 11-летним князем Дмитрием, едет в Орду — вертеть большой политикой. Туда же едет в.к. Дмитрий Суздальский и его основные союзники. Алексей не стал требовать от хана возвращения великого княжения московской династии. В Орде вовсю готовится новый переворот, причём сразу несколькими претендентами, и разные группировки русских князей нескудно их спонсируют, требуя взамен ярлыков. Суздальские князья ещё год назад фактически купили Хызр-хана, а теперь, на всякий случай, ещё и его сына — Тимур-Ходжу. А митрополит Алексий решил способствовать финансовыми и дипломатическими мерами восхождению на трон сына Орду-Шейха — Амурата, от которого он получил за это твёрдое обещание вернуть великокняжеский ярлык Москве.

Алексий с князем Дмитрием успели заблаговременно уехать из Сарая. Вскоре там произошёл очередной переворот, сопровождавшийся убийством всех, кто только попадал под руку. Тимур-Ходжа убил своего отца Хызр-хана и младшего брата Кутлуг-Ходжу (август 1361 г.), а также многих эмиров, после чего провозгласил себя ханом.

Некоторые из уцелевших от этой резни в Сарае эмиры в 1361 г. на окраинах Золотой Орды основывают собственный государства. В Булгарах власть захватывает Булат-Тимур (1361-1367), в Мордовии — Сеит-Бей (1361), в Астрахани — Хаджи-Черкес (1361-1375), в степи провозглашает себя ханом ещё один самозванец — Кильдибек (1361-1362), в Заяицком Юрте обособляется улус во главе с Алибеком (1362-1374). Также от вассальных обязательств перед Золотой Ордой отказываются Белая и Синяя Орда.

Тимур-Ходжа выдал ярлык на великое княжение Дмитрию Суздальскому. Но обстановка в Сарае была крайне неспокойна, и Андрей Константинович Нижегородский, брат в.к. Дмитрия, предвидя очередные перевороты, уезжает из Сарая. Спустя несколько дней уезжает и другой союзник в.к. Дмитрия — Константин Васильевич Ростовский. Оба по пути вынуждены отбивать нападения неподконтрольных новому хану татарских отрядов, причём Ростовский князь был по дороге начисто ограблен и смог вернуться на родину, только прося подаяния.

Тимур-Ходжа пробыл ханом только около месяца. В сентябре он был изгнан из Сарая и убит Мамаем, который, впрочем, Сарая тоже не смог удержать. Спустя всего несколько дней его выгнал из Сарая Орду-Мелик, выходец из Белой Орды. (Возможно, это был Орду-Шейх, которого, в таком случае, в 1359 г. убили «не до конца»). Через месяц (октябрь 1361 г.) Орду-Мелик был убит самозванцем Кильдибеком, который удерживал Сарай до октября 1362 г.

Осенью 1361 г. в Гюлистане, умело используя передаваемые ему из Москвы деньги, провозгласил себя ханом ставленник митрополита Алексия — Амурат и начал вооружённую борьбу за власть со своими конкурентами — Кильдибеком и Мамаем.

В конце 1361 г. от Золотой Орды отделился Хорезм, где власть захватила династия Суфи.

В начале 1362 г., в связи со смертью Романа, Алексий вновь объединяет под своим руководством всю Русскую митрополию.

В октябре 1362 г. Мамай разбил Кильдибека и занял Сарай. Кильдибек бежал.

Впрочем, война в степи не прекращалась. Хан Амурат получил крупный транш из Москвы и показал, что наука побеждать ещё не угасла в роду Чингисидов. В конце 1362 г. он одержал двойную победу, разбив войска обоих своих главных конкурентов — Кильдибека и немного погодя — Мамая, причём Кильдибек был убит, а Мамай бежал на противоположный берег Волги. А хан Амурат занял Сарай.

«…Мурид-Амурат … оказался талантливым полководцем. Он не был искушен в тайной возне противоборствующих сил, в изменах, подкупах, обманах (во всем том, в чем был искушен темник Мамай…), но древняя наука Темучжина — умение побеждать — жила в нем, казалось, с самого рождения. Теперь, сейчас в это уже можно стало поверить.

…Мамай спешно оттягивал свои разбитые войска. Он не понимал, как его мог победить этот пришелец из Ак-Орды, и потому был в бешенстве. Но полки, растянутые для охвата противника, отрывались от своих и отступали, но собранные в один кулак силы главного удара откатывали назад, словно волны от железной преграды, но стремительные сотни врага, посланные Муридом, точно меткие стрелы, опрокидывали Мамаевы дружины одну за другой, и после целодневной битвы в виду Сарая Мамаю приходило, дабы не погибнуть самому и не потерять рать, уводить назад в степь свои потрепанные полки.

Мамай и сам не ведал, что нынче под Сараем древняя тактика монгольской орды, тактика победителей полумира, еще раз показала свое превосходство над рыхлою нестройною лавой половецкой конницы. Впрочем, Мамай никогда и не был талантливым полководцем. Он был талантлив в другом.

И потому, разбитый под Сараем, отступив в степь, он тотчас отправил послов во Владимир к митрополиту Алексию.

Талант противника, стратегия Темучжина и Батыя: стремительные удары скованной железною дисциплиной конницы, маневренность, «сила огня» (дальнобойность и меткость монгольских лучников), умение мгновенно перебрасывать полки в направлении главного удара, умение рассечь войско противника, обойти и уничтожить по частям — все то, что сделало непобедимой немногочисленную монгольскую конницу и чему еще только предстояло через века научиться европейцам, — все это было вовсе непонятно Мамаю. Собрать возможно больше войска и бросить его кучею на противника — вот и вся стратегия знаменитого темника. Но кого и когда подкупить и кого и в какой момент прирезать — это Мамай знал твердо и потому, разбитый Мурутом, сообразил, понял одно лишь — русское серебро!»

Таким образом Золотая Орда разделилась на две части. В Сарае и на левом берегу Волги правил хан Амурат, а на првом берегу Волги от имени подставного хана Абдаллаха правил Мамай. Видя, что хан Амурат сел в Сарае довольно крепко, Мамай решил выбить главную опору его власти — русскую дань.

В том же 1362 году хан Амурат, выполняя своё обещание, передаёт ярлык на великое княжение Дмитрию Ивановичу Московскому, заочно отобрав его у Дмитрия Суздальского. Тот, впрочем, в надежде, что Амурату не долго оставаться ханом и его скоро прирежут собственные эмиры, как это стало модно в Орде, отказывается подчиняться ханскому решению. Но из Московского княжества на него посылают войска. Дмитрий Суздальский, сдав без боя занятые им Переяславль и Юрьев, отошёл к Владимиру, а оттуда и к Суздалю, где и был заключён мир. По условиям мира он признал Дмитрия Московского великим князем Владимирским. В том же 1362 г. заключается договор между в.к. Дмитрием Московским и его двоюродным братом князем Владимиром Серпуховским.

В.к. Ольгерд Литовский, воспользовавшись неразберихой в Орде, в сражении при Синих Водах (1362) наносит поражение приграничным татарским эмирам Кутлубугу, Хаджибею и Дмитрию и присоединяет к своим владением крупную территорию — Подолию и черноморское побережье. В том же году Ольгерд окончательно включает в состав Литвы Киев, Переяславль и Чернигов. Киевским князем он делает своего сына Владимира Ольгердовича. Однако на другой границе его владений рыцари Ордена в том же году захватили у него г. Ковно.

 

 

Территориальный рост Великого княжества Литовского в XIII-XV вв.

 

Ослаблением ханской власти в Орде воспользовались и на Руси. В начале 60-х годов русские князья заняли обширную лесную полосу на востоке, ранее принадлежавшую Орде (Вятка, Арзамас, Тула и др.)

В 1363 г. Мамай сам направляет посла митрополиту Алексию, предлагая вручить Дмитрию Московскому ярлык на великое княжения от имени своего хана — Абдаллаха. Под этим само собой подразумевалось, что и дань с Руси будет теперь получать Мамай, а не Амурат. Алексий соглашается. По косвенным данным можно заключить, что в обмен на это он потребовал от Мамая двух уступок. Первое — это значительное снижение дани. Второе — это фактически изменения принципа государственного устройства Руси. Алексий потребовал признания титула великого князя Владимирского наследственным владением Московских князей, отменяя таким образом древнее лествичное право и вводя новое, наследственно-монархическое. Весной 1363 г. Дмитрий Московский был вторично венчан во Владимире на великое княжение, теперь уже по ярлыку хана Абдаллаха. С этого времени Московские князья стали считать великое княжение Владимирское своей вотчиной, личным наследственным владением. Впрочем, чтобы заставить признать такое положение вещей других князей Руси, понадобилось ещё очень много времени и очень много усилий.

«Оговоримся. Об этих двух важнейших уступках — сокращении дани и признании владимирского великого княжения отчиною князя московского — ничего не сказано в летописях и грамотах той поры. Только по отсылкам позднейших договорных хартий устанавливается, что с 1363 года московский князь начал считать владимирский стол своею отчиной. И только из требования Мамая в 1380 году выплачивать ему дань «по Джанибекову докончанию» устанавливается, что когда-то (когда?) дань была значительно снижена.

…юный Дмитрий даже не подозревал, пока ему не объяснили, уже подросшему, что теперь, с часа сего, он волен считать великий стол владимирский своею неотторжимою вотчиною, и, следовательно, в холмистом и лесном Владимирском Залесье явилось государство нового типа, и с даты этой, едва отмеченной косвенными указаниями позднейших грамот, надобно считать возникшим Московское самодержавное государство, Московскую Русь, заменившую собою Русь Владимирскую.

Этому государству еще долго предстоит биться за право быть на земле, долго заставлять соседей и братьев-князей признать себя существующим, ему предстоит выдержать страшную битву с Ордою и устоять, но создано оно было сейчас, теперь, ныне.

…Спросим опять себя (ибо сведения летописей и грамот лишь косвенны и историкам много труда пришло, дабы установить эту дату: 1363 год, а относительно снижения дани единого мнения не выработано и до сих пор), зачем понадобился второй ярлык на владимирское княжение Алексию? (Причем от темника Мамая и его хана Авдуллы!) Ярлык, разъяривший Амурата, ярлык, из-за которого могла бы начаться война, ежели бы Амурат вскоре сам не пал от руки убийц? Даже допуская, что Алексий знал о близкой гибели хана Мурута… Зачем? И почему Мамай от имени своего хана сам шлет посла к Алексию? Чего добивается он?

О чем говорил, о чем спорил с Алексием ордынский посол? О чем молчат летописи? Почему, наконец, двинув через семнадцать лет на Москву все силы Орды, Мамай потребовал от князя Дмитрия ордынской дани по прежнему, Джанибекову докончанию?!

Вот и ответ! Значит, дань была мала, и меньше настолько, что, дабы повысить ее до прежнего уровня, потребовалось вооружить и двинуть на Русь триста тысяч воинов!

Когда могли настолько уступить русичам татары? Только теперь. Только в тот час, когда Мамай, ведя степную войну, нуждался в поддержке урусутов больше, чем они в его поддержке, ибо тот хан или бек, коего поддерживал русский улус, тотчас вырастал в значении своем и силе, да и русское серебро было достаточно тяжким доводом на весах ордынской судьбы.»

Узнав о том, что Московский князь принял ярлык от его главного врага — Мамая, хан Амурат был в ярости. Что легко было понять, так как он честно исполнил все свои обязательства перед Москвой и поводов для недовольства собой не давал. Он отправил на Русь, князю Дмитрию Суздальскому, ярлык на великое княжение. Ярлык отвёз князь Иван из рода Белозёрских князей в сопровождении посла Иляка и 30 татаринов. Оказать большую помощь Дмитрию Суздальскому Амурат не мог — в степи у него были конкуренты. Дмитрий Суздальский вновь занял Владимир, но продержался там только 12 дней. Через 12 дней под Владимиром уже стояли московские полки «в силе тяжце». Дмитрий Константинович опять бежал в Суздаль, где и заключил мир, вторично отрекаясь от великого княжения Владимирского. На этот раз московские власти не удовлетворились только отречением Суздальского князя. Со своих княжеств были согнаны его союзники — князья Дмитрий Иванович Галицкий, Константин Васильевич Ростовский и Иван Фёдорович Стародубский. Волости названных князей предпочли платить уменьшенную дань под рукою Москвы, чем полную при своих законных владельцах. Также в состав Московского государства были включены и княжества-купли Ивана Калиты. (Впрочем, в некоторых из этих земель князья были оставлены. Но уже не как владетельные князья, а как простые наместники государей Московских.) Дмитрий Константинович Суздальский поехал в Нижний Новгород к брату Андрею, и все изгнанные Москвою князья собрались к нему туда же, «скорбяще о княжениях своих».

В 1363 г. опять было начались распри в Тверском княжестве. Князь Василий Тверской ходил войной на своего племянника князя Михаила Александровича Микулинского. Впрочем, война быстро закончилась — на Руси снова начиналась эпидемия чумы.

В том же 1363 г. хан Амурат, потерявший московское финансирование, был изгнан из Сарая Пулад-Тэмуром и бежал в Гюлистан. Пулад-Тэмур был изгнан Мамаем и также бежал в Гюлистан, где и убил Амурата (конец 1364 г.). В конце 1363 в Азове провозгласил себя ханом Азиз-шейх, сын Тимур-Ходжи, и в 1364 г. он изгнал из Сарая Мамая. В сентябре 1365 г. Азиз захватил и Гюлистан, убив при этом Пулад-Тэмура. Орда снова разделилась на две части.

К 1364 г. эпидемия чумы достигла Владимирской Руси. В конце 1364 г. в Москве умер младший брат в.к. Дмитрия Ивановича — Иван, а вскоре и его мать — великая княгиня Александра. В начале 1365 умер князь Всеволод Холмский и два его брата — Владимир и Андрей. Умер старший сын Константина Михайловича Тверского — Семён. По завещанию свой удел, минуя своего брата Ерёмия и князя Василия Тверского, он оставил единственному оставшемуся в живых сыну Александра Михайловича Тверского — князю Михаилу Микулинскому. Умер также Константин Васильевич, некогда князь Ростовский.

В конце того же 1364 г. в.к. Андрей Нижегородский ушёл в монастырь, и его младшие братья сразу же перессорились между собой по вопросу о наследовании Нижнего Новгорода. Фактически Н. Новгород контролировал самый младший из Константиновичей — князь Борис Городецкий, которого поддерживает Суздальский епископ Алексий. Андрей Нижегородский умер в середине 1365 г. В тот же год старший сын Дмитрия Нижегородского, Василий Кирдяпа, добился в Орде от хана Азиза нового ярлыка на великое княжение для своего отца. Дмитрий Суздальский, однако, заключает договор с Московским княжеством, передавая Дмитрию Московскому ханский ярлык и признавая великое княжение вотчиной Московских князей. Взамен он требует, чтобы москвичи отобрали у Бориса Константиновича Н. Новгород и передали этот город ему.

Сначала митрополит Алексий отобрал Н. Новгород и Городец из-под власти Суздальского епископа Андрея. В тот же год Сергий Радонежский, основав новый монастырь под Ростовом, возвращается в Троицкую обитель. По просьбе митрополита он едет в Н. Новгород, где совместно с игуменом Дионисием Суздальским уговаривает князя Бориса передать город брату. Однако отказом от великокняжеской власти недоволен сын Дмитрия Суздальского — Василий Кирдяпа, который устраивает засаду на посольство князя Бориса, едущее договариваться к митрополиту. Борис, разозлившись, прервал переговоры и начал готовиться к войне. Войска князя Бориса и в.к. Дмитрия Ивановича встретились у Бережца. Боя не было. Борис уступил Н. Новгород брату, оставив за собой Городецкое княжество, и отрёкся от всех прав на великое княжение за себя и за своих потомков.

Сергий тем временем основывает новый монастырь под Гороховцем.

В 1365 г. на Рязанское княжество совершает набег хан Тагай, контролировавший Мордовию. Его настигает и разбивает армия в.к. Олега Ивановича Рязанского. Тагай уходит «единою душою».

В 1365 г. венецианская колония в Крыму, Сурож, переходит к Генуе.

В январе 1366 г., довершая мир с великим княжеством Суздальско-Нижегородским, в.к. Дмитрий Иванович женился на младшей дочери Дмитрия Константиновича Евдокии. Ещё ранее один из сыновей московского тысяцкого Василия Вельяминова, Микула, женился на его (Дмитрия Константиновича) старшей дочери — Марии. В приданое за женой он получил среди всего прочего ещё и произведение ювелирного искусства — золотой пояс, который войдёт в историю три четверти века спустя.

Точка зрения © 2017 Все права защищены

Материалы на сайте размещены исключительно для ознакомления.

Все права на них принадлежат соответственно их владельцам.